25 лет творчества GB Есина - 1996 г.

Сколько бы разных понятий ни заключали в себе эти слова, начать следует именно с них: Григорий Босенко - современный художник. Чутьё, эрудиция и опыт позволяют ему не только отслеживать тончайшие колебания в нынешней системе мировоззрений, но и существовать там на правах созидателя. Творческая манера, образы, идеи Босенко пластично входят в ряд художественных ценностей эпохи, поскольку в полной мере соответствуют её тенденциям.

Начнём с того, что стимулом постоянной эволюции творчества у Босенко является стремление к техническому совершенству, причем развитие происходит так скоро, как только позволяет темп всеобщего движения, охватившего XX век. Ещё несколько лет назад в разрешении формальных противоречий художник достиг того уровня, за которым трудно было вообразить себе что-то новое: весь спектр изобразительных контрастов, начиная от линейно-цветовых и кончая фактурными, даже масштабными, был пройден. Причем характерно, что каждый новый формальный период творчества Босенко зарождался в гравюре и находил многовариативное завершение в станковой графике (не говоря уже о бесчисленных отголосках в области графического дизайна). Очевидно, что в пределах взятого темпа новые решения, обусловленные отчасти сменой технологий, отчасти интеллектуальными поисками художника, должны были исчерпать себя. Дальнейшее движение, зайдя в тупик, происходило бы по той же траектории - пусть даже уровнем выше. Однако Босенко, в полной мере состоявшись как мастер графической формы, открыл для себя новый путь - путь, доступный лишь тем, кто находит удовлетворение не столько в собственных творениях, сколько в самом процессе творчества. И это путь, отслеженный и освоенный художниками лишь в середине нашего века. Проходит он по территории подсознательной символики, которая выражается в духовной и интеллектуальной напряжённости формы.

Григорий Босенко нашёл ход, параллельный тому, что ещё до художников начали использовать писатели: так называемый супра- и инфрареализм. Решив однажды подчиниться непроизвольным движениям руки и воображению, Босенко выдвинул на передний план мельчайшие, примитивнейшие детали, наделив их монументальностью. Классический аристократизм творца, заставляющий художника прятать друг за другом доведённые до совершенства формы, приобрёл у Босенко новое качество: он стал демонстрировать лишь часть формы, предлагая и в этой части найти законченный смысл и совершенство. Процесс, обозначающий новую формальную эпоху в творчестве Босенко, начался на этот раз в самой подходящей для него области графики - каллиграфии; что, как не предельно знакомая каждому графема буквы, позволило бы истинному экспериментатору и поэту в графике открыть все возможные метаморфозы линий, навек, казалось бы, застывших в нашем сознании. Кто бы мог подумать, что существует не только линия формы, но и форма линии (логотип «Linia T»), что несколько стилизованных букв могут не только открыть, но и самым исчерпывающим образом описать ещё никому не известные стороны творчества Баха и Блока... Постижение мира сейчас происходит в самых неожиданных направлениях, и художественный метод - похоже, самый действенный и глубоко проникающий. Новые решения уже используются Босенко в области гравюры. Что же касается станковой графики, то она развивается по иному пути.

Особенность современной культуры такова, что всякое явление принято рассматривать, прежде всего, в культурологическом его отражении. Традиция мысли отяжелила наше мышление. Искусство ослаблено неизбежной вторичностью, преодолеть которую не всегда помогает элемент индивидуального. В этом случае добиться новизны можно, к примеру, сознательно обыгрывая и форсируя вторичность. Так, благодаря известному скепсису, присущему нашей цивилизации, мы с разными интонациями повторяем одно и то же, давно утратившее свою магию, слово, и на каком-то этапе вновь ощущаем его сакральность. Примерно таким способом пользуется Босенко, создавая свои графические листы: повторяя во многих вариантах и сочетаниях главный мотив, он добивается эффекта ясности и отстраненности одновременно. Игра с традициями и в традиции обновляет сами традиции, а не избавляет от них. Серия работ «Портрет моего отношения» - попытка мыслить образами другого художника, заставляя оригинал существовать в ином мире, сочетать то, что не успело или принципиально не могло сочетаться в первоисточнике. Это тоже один из способов постижения мира - уже мира искусства. Творчество среди творчества. Это та самая вторичность, которая стала абсолютно оригинальной благодаря признанию её как архетипального и культурологического метода. Здесь Босенко, думается, ещё ближе к серединному, основному направлению современных поисков, ведь искренность - это всегда самое новое качество в искусстве.